Зазвонил телефон. Базз снял трубку:
— Охрана. Кто говорит?
— Это Сол Гельфман, Базз. Помнишь меня?
Старый хрыч из кинокорпорации «МетроГолдвин-Майер», внук которого угонял со стоянки у ресторана «Роу» машины с открытым верхом, носился на них по Маллхолланду и всегда оставлял визитную карточку — большую кучу говна на заднем сиденье. Дед купил инспектора, который вместо двадцати семи указал два случая угона машин без упоминания образцов преступного «почерка». Учитывая репутацию почтенного семейства и юношескую безалаберность, судья ограничился испытательным сроком для внучонка.
— Как не помнить. Чем могу помочь, мистер Гельфман?
— Знаешь, Говард посоветовал позвонить тебе. У меня тут возникла небольшая проблема, и он сказал, что ты можешь помочь.
— Что, внучок снова взялся за старое?
— Нет, боже упаси. Нужно помочь девочке, которую я снимаю в новом фильме. Одни мошенники где-то раздобыли ее непристойные снимки — это случилось еще до того, как я подписал с ней контракт. Я откупился, но они требуют еще и еще.
Базз крякнул: дело пахнет большим мордобоем.
— А что за снимки?
— Грязнее грязного. Скотская любовь. Люси и датский дог с елдаком как у Кинг-Конга. Мне бы такой шланг!
Базз взял листок со своими расчетами и перевернул его на чистую сторону:
— Кто эта девочка и что у вас есть на шантажистов?
— Кто забирал деньги — не знаю. Послал к ним на встречу своего ассистента с деньгами. Девчонку звать Люси Уайтхолл. И еще одно. Я нанял частного детектива, он прослушивает их переговоры. Всем заправляет ее любовник-грек, Томи Сифакис. Ну не наглец ли? Шантажирует собственную подружку, а звонит мне из их уютного любовного гнездышка. У него есть парни, которые действуют как посредники, а она и не подозревает, как ее дурачат. Представляешь, что за поганец?